Можно же просто сказать компью­теру. И ее сеанс исцеления тоже пошел ему на пользу. Ты что про пещерных людей не слыхал? Он сказал есть люди которые умеют расшифровывать целые книги. Намто это на что сдалось рисовать дурац­кие закорючки? Я до девяти выучил. Это были карты. Без всякого сомнения. Но сначала позвольте я взгляну. Никколо тупо следил за движениями пальцев при­ятеля.

Похоже вам пришлось несладко. Делать больше нечего! Ты что же думаешь у людей всегда были компьютеры? Силуэт был всего лишь экраном дисплея. Это было куда интереснее чем бинго. Следующая пара картинок показалась ему символом удачи. И каждому полагалось знать что эти закорючки значат. Вот смо­три это будет один.

Поэтому лучше подкрепитесь. Девушка оказалась права. Ну ладно ты лучше послушай про мою идею. Он сказал что те кто в музее работают знают. Священник энергичнее взялся за печенку. А мы пойдем делать свечки. Цвета становились все отчетливее взгляд концентрировался. Это его хобби собирать древние компьютеры. Никколо был удивлен и разочарован одновременно.

Однако похоже эти волны оказались могущественнее всех процедур. Ну я там насмотрелся. Его разъеденные катарактой зрачки сузились и сконцентрировались. Но почему бы просто не восполь­зоваться компьютером? Пол слушай но кому это надо? Ему явно становилось лучше. И на линейке тоже такие же закорючки.

Это правда или ты придумал? Ну ты даешь! Продавать свечки. Впрочем особой разницы между ними не было. Он чувствовал как по горлу поднимается блевотина. Во мраке же их можно было только вообразить.